World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Европа

Версия для распечатки

Евро и объединение Европы

Владимир Волков
8 октября 2003 г.

Итоги прошедшего 14 сентября референдума о присоединении к евро в Швеции, на котором большинство выступило против этого проекта, поставили перед марксистским движением вопрос о необходимости еще более ясного осмысления своего отношения к евро и в целом к вопросу об интеграции Европы. Дать удовлетворительный ответ на эту проблему можно только на основе анализа в рамках широкого исторического и социального контекста.

Вынесенный на референдум вопрос естественным образом предполагал три непосредственно возможных решения: за евро, против и позицию воздержания, то есть отказа от определения ясной позиции по этому вопросу. Каждый из них требует пусть краткого, но внимательного рассмотрения.

В некоторых случаях тактика воздержания является допустимым и логичным поведением революционной партии. Она особенно полезна тогда, когда нет возможности выдвинуть самостоятельных кандидатов на выборах — в условиях доминирования представителей буржуазных партий. Именно такую позицию заняла, например, американская Партия Социалистического Равенства (ПСР) во время президентских выборов в США 2000 года, на которых основная борьба шла между кандидатом от республиканцев Дж. Бушем и демократом А. Гором. Поддержка кандидата от Демократической партии, хотя бы и критическая, хотя бы и выраженная в условиях резкой активизации правых сил из Республиканской партии, опирающихся на наиболее милитаристские, расистские и религиозно-фундаменталистские силы в Америке, могла бы иметь для ПСР политически разрушительные последствия. Поддержка одной из буржуазных партий на фоне общего сдвига правящей элиты вправо и растущей социальной поляризации между капиталистической верхушкой и широкими слоями трудящихся отрезала бы путь для выработки независимой политической ориентации в интересах рабочего класса.

В подобных условиях воздержание допустимо в качестве временного тактического маневра. Однако оно не может быть основой для долговременной политики и образом жизни для политической организации. Марксистское движение никогда не рассматривало поэтому воздержание как форму стратегической линии. В отличие, например, от анархистов, для которых любое участие в политической деятельности уже само по себе недопустимо и является «капитуляцией» перед буржуазным обществом и его государственными структурами, марксизм всегда рассматривал политику как сферу, через которую рабочий класс преодолевает свою собственную раздробленность, вырабатывает объединенную сознательную ориентацию, влияет на все общество и добивается изменения общественных условий, ключевым элементом чего является захват государственной власти. Вот почему воздержание на выборах или на референдуме по какому-либо вопросу может быть только единичным решением, обусловленным очень конкретными и понятными соображениями.

Еще одним примером из недавней политической истории являются президентские выборы во Франции, состоявшиеся весной прошлого года. Когда после первого тура тогдашний премьер-министр и кандидат от Соцпартии Лионель Жоспен оказался на третьем месте и не попал во второй тур выборов, пост президента оспаривался двумя кандидатами — правым премьер-министром Жаком Шираком и ультра-националистом и профашистским демагогом Жан-Мари Ле Пеном. Поскольку провал Жоспена был явным выражением массового недовольства политикой французского кабинета и поскольку оба оставшихся кандидата недвусмысленно намеревались проводить еще более правый антисоциальный курс, наше движение призвало к бойкоту второго тура выборов. Это не было воздержанием, поскольку бойкот содержит в себе весьма динамичный смысл. В сложившейся тот момент ситуации бойкот был единственной формой для независимой мобилизации рабочего класса, и тот факт, что три ведущие организации французских крайне левых отвергли это предложение, ясно вскрыло их зависимость от доминирующих сил буржуазной политики.

Воздержание в отношении референдума по евро в Швеции было бы большой ошибкой. Вопрос о евро имеет принципиальное политическое значение и будет обнаруживать себя на новых этапах и в новых формах снова и снова. В то же время здесь присутствовала возможность занять вполне независимую позицию.

Поддержка евро означала бы одно — взять на себя ответственность за социальные последствия, которые несет с собой этот проект. Очевидно, что его главными сторонниками в Швеции были ведущие капиталистические концерны и влиятельные слои политического истеблишмента. Однако в отказе от поддержки евро и в призыве к голосованию «против» содержалась опасность быть зачисленными в один лагерь с правыми националистами, которые преимущественно и вели кампанию против введения евро в Швеции. Имея это в виду, важно твердо придерживаться принципа, что невозможно вырабатывать позицию на основе одних лишь соображений о том, кто еще может поддерживать твой подход. С этим обстоятельством нельзя не считаться, но решать должны все же более глубокие факторы общественного развития. И если в кампании против евро участвовали правые националисты, то они были движимы совсем иными мотивами, нежели силы международного социализма.

Наша постановка вопроса отталкивается от анализа объективного положения дел и того, каковы в каждом данном случае интересы рабочего класса. Что есть евро и каково его отношение к рабочему классу?

Весь проект европейской экономической интеграции возник на исторической почве, сложившейся после распада сталинистских режимов в Советском Союзе и Восточной Европе. Благодаря этому создались политические условия, сделавшие возможным появление Маастрихтского договора, а также резко ускорившие его проведение в жизнь. Евро стал одним из инструментов для реорганизации европейской экономики на основе рыночных принципов. Условия, с которыми связно его введение, — они включают в себя строгие критерии относительно государственных расходов, параметров инфляции и др. — означают радикальную ликвидацию социальных систем, возникших в послевоенный период.

Настроения в Швеции, стране с очень высоким уровнем развития социальных систем, определялись во многом именно ощущением того, что введение евро приведет к разрушению всех этих социальных благ. В этом смысле наша оппозиция к евро соответствует подобным настроениям. Это не означает, разумеется, того, что мы готовы поддерживать иллюзии относительно возможности независимого национального существования. Общая судьба Швеции при данных капиталистических условиях не может быть существенно иной в зависимости от того, присоединится ли Швеция к единой европейской валюте или нет. Тем не менее сказать евро «нет» было единственной позицией, которую мы могли занять и которая отражала законные настроения тревоги среди рабочего класса.

Что есть «объективная прогрессивность»?

Голосование за евро было невозможно, прежде всего, потому, что это означало бы поддержку экономической программе буржуазии. Но не играют ли некоторые слои буржуазии «объективно прогрессивную» роль, так что временный союз революционной партии с ними был бы возможен, хотя бы только временно? Здесь нам не уйти от ответа на вопрос о том, как следует понимать «объективную прогрессивность» в общественном развитии.

Особенность господствующей сегодня интеллектуально-политической атмосферы, в отличие, скажем, от периода XVIII-XIX веков, заключается в том, что общественное сознание признает первичность материальных факторов общественного бытия. Другими словами оно признает, что развитие производительных сил и производственных отношений образует базис социальной, политической, культурной и идеологической жизни общества. Однако это отношение слишком часто понимается прямолинейно и вульгарно. Возникло даже целое направление либеральной мысли, которое описывает общественные явления как прямой продукт экономики. Государство, например, в этой системе координат трактуется как некий внеклассовый орган, который отражает общее состояние хозяйственной жизни и стремится к рациональному регулированию социальных процессов в интересах всех граждан.

Стоит только сделать уступки этому подходу, как мы немедленно утратим всякое понимание о реальных процессах. Использование термина «объективно прогрессивный» применительно к евро является словесной формулой, которая слишком абстрактна. Она игнорирует сложную опосредованность социальных явлений в рамках классовой структуры общества и открывает дорогу к непредсказуемым последствиям для революционной партии.

Развитие производительных сил, этого базиса всей экономической жизни, происходит стихийно, независимо от желания отдельных личностей и целых социальных групп. Основная тенденция, лежащая в основе всего экономического развития последних нескольких столетий, состоит в неуклонном повышении технического уровня хозяйственной жизни, усилении ее взаимозависимости, в преодолении местной и региональной изолированности и формировании глобальных, всемирно организованных хозяйственных связей. Этот процесс имеет безусловно прогрессивный характер и создает почву для радикального преобразования всего общественного организма на основах социального равенства и демократического регулирования экономики и общественной жизни. Однако вследствие того, что существующее капиталистическое общество имеет классовый характер, этот объективно-прогрессивный процесс находит себе крайне преломленное воплощение в действиях буржуазии. Она приспосабливается к нему с точки зрения охранения своих собственных интересов, которые в настоящую эпоху не только не соответствуют интересам общества, но реализуются непосредственно за счет и против интересов громадного большинства. Таким образом, объективная потребность европейской экономической интеграции совсем не означает того, что формы, которые предлагает для этого европейская буржуазия, носят прогрессивный характер.

Если учесть исторический контекст появления плана евро, а именно распад СССР и режимов Восточной Европы, то «объективно» это было глубоко реакционным процессом. Мы не хотим сказать, что в этих странах был построен социализм и поэтому это был шаг назад. Несмотря на национализацию собственности, здесь были сделаны лишь первые шаги в сторону социализма. Политическая власть полностью находилась в руках сталинистских бюрократий, которые являли собой в зародышевой форме новые имущие классы. Однако в той степени, в какой весь этого регион был выведен из сферы прямого контроля со стороны мирового рынка и в какой бюрократия вынуждена защищать — на свой лад и своими методами (зачастую преступными) — эти формы национализированной собственности от посягательств империализма, эти страны образовывали тот исходный пункт социального развития, который в широком историческом смысле следует за капиталистическим обществом. Приватизация хозяйства этого региона вместе с интеграцией его в мировой капиталистический рынок означало поэтому исторический шаг назад, а не вперед.

События последних 10-15 лет привели к деградации экономики стран Восточной Европы и резкому ухудшению социальных условий для большинства их граждан. Можно ли поверить в то, что еще б о льшая интеграция этих государств — прежде всего как источников дешевой рабочей силы — в структуры мирового капиталистического рынка каким-либо образом улучшит положение рабочего класса? Советовался ли кто-нибудь с рабочим классом относительно условий этого проекта?

Если признать евро объективно прогрессивным явлением, то это будет путь по скользкой дорожке. Это не ситуация выбора «меньшего зла» — в том смысле, что национальный сепаратизм правого толка «хуже», чем объединение Европы под контролем буржуазии и против интересов рабочего класса. Мы должны еще и еще раз подчеркнуть, что охранение национального суверенитета и прежней «идентичности» не является какой бы то ни было формой жизнеспособной альтернативы объективным тенденциям развития.

В то же самое время было бы ошибкой вести кампанию против евро. Это не может быть центром программы марксистской партии. Наш подход: любой вопрос должен быть рассмотрен с точки зрения объективного влияния нашего собственного движения и анализа его под углом необходимости воспитания и развития самосознания в рабочем классе. У нас нет сентиментальных чувств по отношению к кроне, франку и т.д. Как бы ни проходил процесс европейской интеграции в данных социально-экономических условиях — при многих валютах или при одной — результаты для рабочего класса будут примерно одинаковыми.

Объединение Европы — задача рабочего класса

Вопрос об объединении Европы стоит на повестке дня уже по меньшей мере 150 лет. Его обсуждение также имеет свою историю.

Стоит напомнить, что возникновение империализма имело в своей основе тенденции, которые носили объективно прогрессивный характер. Анализируя природу Первой мировой войны и перспективы преодоления причин, ее породивших, Троцкий подчеркивал, что объективным источником войны стала невозможность существования производительных сил Европы в рамках системы раздробленных национальных единиц, таможенных тарифов и так далее. Он подчеркивал «неотразимое и глубоко прогрессивное стремление современного хозяйства планомерно организоваться на всем нашем континенте и далее на всем земном шаре». При этом, отмечал Троцкий, «империализм есть капиталистически-хищническое выражение этой тенденции хозяйства...» (Программа мира [1917]. В кн.: Л. Троцкий, К истории русской революции, М., 1990, с. 135).

«Борясь против империалистической формы хозяйственной централизации, — продолжал далее Троцкий, — социализм не только не выступает против самой этой тенденции, но, наоборот, делает ее своим собственным руководящим принципом. С точки зрения исторического развития, как и с точки зрения задач социал-демократии, централизующая тенденция современного хозяйства является основной, и за ней должна быть обеспечена полная возможность выполнения ее поистине освободительной исторической миссии — постройки объединенного мирового хозяйства независимо от национальных рамок и государственно-таможенных застав...» (там же).

Проект евро как раз является элементом «капиталистически-хищнического выражения» объективно прогрессивных тенденций современного хозяйства. Он хищнический потому, что происходит за счет социальных условий рабочего класса, ценой систематического разрушения социальных достижений послевоенной эпохи. И если применительно к Западной Европе речь идет о резком снижении заработных плат и целенаправленной ликвидации систем социального обеспечения, то в отношении обществ бывшего СССР и Восточной Европы происходит их полное разорение и упадок.

Объединение Европы в рамках евро, то есть под эгидой крупнейших концернов, ведет в действительности к ее новому расколу. С одной стороны, растет социальное неравенство. Европа богатых объединяется за счет Европы трудящихся. С другой стороны, происходит нарастание территориальной дифференциации и усиления новых политических разногласий. В продолжение последних месяцев мы были свидетелями того, как ведущие страны зоны евро — Италия и Испания — поддержали США в войне против Ирака, пойдя против позиции ведущих стран ЕЭС — Франции и Германии. Одновременно появилась группа стран так называемой «новой Европы». Эти государства, готовящиеся к вступлению в Евросоюз, также политически поддержали США в момент обострившихся геополитических отношений по обе стороны Атлантики.

Вопрос о судьбе евро будет оставаться важной политической темой ближайшего исторического периода. Ряд стран Восточной Европы должен присоединиться к зоне евро весной следующего года. Другим объектом интегрирования в ЕЭС является Турция. Как и на востоке Европы, перспектива сближения с ЕЭС пользуется там, по всей видимости, известной популярностью. Трудящиеся массы связывают с этим надежды на улучшение своего жизненного положения, равно как и на трансформацию политического режима Турции, с его авторитарными традициями и непропорционально высокой ролью военных, в сторону большего соблюдения демократических прав и гражданских свобод.

Однако каким образом Турция может быть интегрирована в ЕЭС? Только путем полного разрушения того, что сохраняется в данный момент в качестве наследия кемализма, то есть национально-ориентированного реформизма в рамках капиталистического общества. Для проведения в жизнь всех этих жестких критериев Маастрихта понадобится как раз армия и усиление репрессивно-полицейского аппарата.

Еще один важный аспект в вопросе о евро — это отношение между Европой и Америкой. Не лишне напомнить, что первоначальный план интеграции Европы в рамках Маастрихского договора был в значительной степени американским планом для Европы. Хотя и выдвинутый после распада СССР, он развивался еще на первых своих ступенях в рамках общего послевоенного положения дел, в которых судьба европейского континента регулировались планами и решениями Вашингтона. Только в последние несколько лет, в особенности после краха мирового финансового пузыря и американских военных интервенций в Афганистане и Ираке, между Европой и Америкой образовалась растущая трещина интересов. Параллельно этому процессу взаимного отчуждения проект евро трансформировался в инструмент европейских правящих элит, направленный против конкурентов из США.

Мы, безусловно, осуждаем капитуляцию европейской буржуазии перед лицом хищнического наступления американского империализма. Но это никоим образом не означает, что мы поддерживаем милитаристские устремления и приготовления европейской буржуазии, частью которых является евро.

В упомянутой выше работе Троцкий писал, что объединение Европы является объективно необходимой потребностью. Однако объединение сверху путем соглашения капиталистических правительств не может идти дальше частичных компромиссов и полумер. Логика этого «хищнического товарищества на паях», говорил Троцкий, ведет не к разрешению существующих противоречий, а к их новому обострению. Таким образом, задача объединения Европы не может быть решена буржуазией и доверена ей. Борьба за европейское объединение и создание Соединенных Штатов Европы, подчеркивал Троцкий, неразрывно связана с борьбой за рабочее правительство, за переход власти в руки широких слоев трудящихся.

Этот взгляд в еще большей степени верен сегодня. Мы за социалистическое объединение Европы снизу — на основе объединенных усилий и независимой мобилизации европейского рабочего класса.

Смотри также:
Что означает введение евро для рабочего класса?
(19 февраля 2002 г.)

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site