World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

  МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Россия

Версия для распечатки

Егор Гайдар (1956-2009): Архитектор капиталистической реставрации в России

Владимир Волков и Андреа Питерс
21 января 2010 г.

Утром 16 декабря на своей подмосковной даче в возрасте 53 лет от сердечного приступа скончался Егор Гайдар. Он был одной из ведущих фигур проведения капиталистических "реформ" в России, оказавших разрушительное влияние на экономику и социальную жизнь страны и приведших к масштабному росту социального неравенства.

Гайдар пользуется заслуженной ненавистью со стороны простых российских граждан, которые полагают, что он несет львиную долю ответственности за страдания, которые им пришлось пережить в 1990-е годы. Упразднение Советского Союза и реставрация капитализма привели к падению жизненного уровня и сокращению продолжительности жизни в пропорциях, никогда прежде не встречавшихся в истории, за исключением периодов войн. Многочисленные статистические данные свидетельствуют о том, что страна еще далеко не оправилась от этого потрясения.

Смерть Гайдара вызвала поток бурных восхвалений со стороны разных слоев правящей российской элиты, став еще одним выражением безразличия официального общества к трудностям жизни и настроениям основной массы населения. В целом едва ли можно найти такой восторженный эпитет, который не был бы употреблен в отношении человека, который всего чуть более года — с ноября 1991 по декабрь 1992 года — стоял во главе экономической политики правительства Бориса Ельцина.

Президент Дмитрий Медведев назвал Гайдара "выдающимся ученым-экономистом", "смелым, честным и решительным человеком".

Премьер-министр Владимир Путин отметил, что "Гайдар принимал ключевые решения, определившие будущее всей страны. Он достойно выполнил эту сложнейшую задачу, проявив лучшие профессиональные и личные качества".

В многочисленных комментариях, появившихся в российских масс-медиа, Гайдар был назван "величайшим государственным деятелем", "национальным героем", "абсолютным моральным авторитетом", "человеком гигантских способностей" и даже "настоящим русским интеллигентом-бессеребренником".

Но в качестве главной мантры снова и снова повторяется мысль о том, что в начале 1990-х годов Гайдар "спас страну от голода, распада и гражданской войны".

Это ложь. Она навязывается обществу по геббельсовскому принципу: если ложь повторять многократно, то в нее поверят, и в большую ложь поверят легче, чем в малую.

Политика либерализации и приватизации, начатая под руководством Гайдара в начале 1992 года, нанесла сокрушительный удар по уровню жизни населения из-за гиперинфляции и перераспределения государственных ресурсов в частные руки, сказочно обогатив формировавшуюся в тот момент российскую олигархию.

В 1991 году, в последний период нахождения Горбачева у власти, цены в России выросли на 160%. В течение 1992 года они взлетели более чем на 2500%. В 1993 году инфляция составила 840%, в 1994 году —215%, в 1995 году — 131%.

Работники государственных и частных предприятий, сбережения которых сгорели в этом пожаре, месяцами не получали зарплаты, оказавшись в объятиях буквальной нищеты.

ВВП России за 1991-1995 годы сократился, по самым скромным подсчетам, на 35%. Промышленное производство замерло. На целый ряд лет широкое распространение получил натуральный бартерный обмен.

Чрезвычайное ухудшение условий жизни, рост страданий и отчаяния выразился в резком падении продолжительности жизни, — у мужчин она опустилась к 1994 году до 57 лет.

Рубеж 1980-1990-х годов стал периодом взрыва региональных и этнических конфликтов. Согласно весьма осторожным оценкам, численность убитых в этих конфликтах (за исключением Чечни) составила около 100 тысяч человек.

Утверждения, будто капиталистические реформы стали спасением страны от "голода, распада и гражданской войны", переворачивают реальность с ног на голову. Восторгаться результатами того, что происходило в России в течение двух последних десятилетий, могут только циничные и самодовольные представители элиты.

Разрабатывая и осуществляя программу приватизации, Гайдар и его кружение тесно сотрудничали с американскими профессорами, в частности, с экономистом Джеффри Саксом, который в тот момент являлся профессором Гарвардского университета. Благодаря фигурам, подобным Саксу, Вашингтон был глубоко вовлечен, прямым и косвенным образом, в процесс реализации программы капиталистической реставрации.

В сознании и памяти десятков и сотен миллионов людей катастрофа развернулась не до, а после начала ельцинско-гайдаровских "реформ". Большинство бывших советских граждан ощущает, что трудности обыденной жизни в СССР — особенно в период более благополучных 1970-х и 1980-х годов — были относительно невелики на фоне того коренного слома всех основ социальной жизни, который стал результатом "шоковой терапии".

Опрос, проведенный недавно московской социологической организацией "Левада-Центр", установил, что почти 60 процентов россиян "глубоко сожалеет" о распаде СССР и считает, что его надо было предотвратить. В то время как авторитаризм и репрессии сталинистского режима не пользуются особой любовью рядовых российских граждан, широко распространено недовольство по поводу того, что так много базовых социальных завоеваний советского периода были утрачены в течение последних 20 лет.

И все же массовое недовольство последствиями распада СССР и ненависть по отношению к Гайдару и подобным ему фигурам в целом пока не соединяются с пониманием того, что страдания, обрушившиеся на советских граждан, стали результатом наследия сталинизма. Основоположники этой формы бюрократического русского национализма — основанного на отрицании социалистического интернационализма, служившего руководящей нитью революции 1917 года — защищали жестокими методами непосредственные интересы правящей бюрократии, противопоставленные интересам советского и международного рабочего класса.

Возвышение Гайдара на вершины политической власти и проведение в жизнь его политики стало отражением того факта, что к середине 1980-х годов значительная часть бюрократии КПСС перешла к поддержке планов реставрации капитализма.

В то время как советская элита — узурпировавшая политическую власть рабочего класса и физически уничтожившая слой старых большевиков вместе с социалистически-мыслящими рабочими и социалистической интеллигенцией — была в состоянии в течение целого ряда десятилетий сохранять свои привилегии и власть на основе национализированных отношений собственности и государственного контроля над экономикой, в 1980-е годы объективное давление экономических факторов все более глубоко подрывало устойчивость ее паразитического положения.

Советская экономика находилась в кризисе. Производительность труда стагнировала в течение почти целого десятилетия. Производство и распределение предметов потребления и услуг было обременено массой проблем, проистекавших из иррационального, хаотичного бюрократического характера управления народным хозяйством. Все это способствовало росту теневой экономики и социальной дифференциации.

Сталинистская программа "социализма в одной стране" привела к тому, что СССР был по большей части отрезан от ресурсов мировой экономики, за исключением потока нефтедолларов. В то время как мировая экономика становилась все более интегрированной вследствие глобализации производства и финансов, советская экономика оставалась национально-автаркической и сравнительно отсталой. Более того, как надеялась американская администрация Рональда Рейгана, ресурсы СССР должны были быть истощены в результате войны в Афганистане и усилий по соперничеству с Вашингтоном в рамках "холодной войны".

Мышление советской правящей элиты было также глубоко затронуто опытом борьбы польского движения "Солидарность" начала 1980-х годов. В то период массы польских рабочих создали независимое движение, выступавшее против бюрократии Компартии и угрожавшее авторитарной бюрократической власти слева. (Только влияние ряда международных факторов вместе с интенсивными усилиями США привели к тому, что это движение оказалось под политическим контролем правых элементов, связанных с католической церковью).

Кремль очень опасался, что на фоне усиления экономического кризиса нечто подобное может развиться в самом СССР. В интервью, данном в 2000 году программе "Командные высоты" американского телеканала Public Broadcasting Service, Гайдар следующим образом отвечал на вопрос о влиянии Польши на мышление советской элиты: "Было понимание того, что эти события имеют самое прямое отношение к тому, что могло бы получить развитие в Советском Союзе".

В этих условиях ведущие партийно-бюрократические слои пришли к выводу, что они нуждаются в новых экономических основах для защиты своих привилегий и власти в виде отношений частной собственности. Несмотря на разногласия относительно скорости реализации этих планов, различные фракции были едины в том, что главная цель — это вернуться назад к капитализму.

Альтернативой, против которой правящая бюрократия неумолимо боролась, выступала перспектива реинтеграции Советского Союза в структуры мировой экономики на основе программы мировой социалистической революции. Это могло произойти только путем возвращения к власти в СССР рабочего класса в ходе политической революции, которая смела бы бюрократию КПСС.

Программа капиталистической реставрации была осуществлена в союзе с привилегированным слоем советской интеллигенции, презиравшим рабочий класс и все, что могло ассоциироваться с социализмом. Горбачевская политика "гласности", давшая некоторую свободу масс-медиа и формам публичного самовыражения, была направлена на то, чтобы привлечь интеллигенцию на сторону программы реформ и придать ей внешний демократический лоск.

Гайдар был выходцем из социального слоя, обхаживаемого в тот период со стороны КПСС. Он вырос в семье советской элиты. Оба его деда, Аркадий Гайдар и Павел Бажов, были известными советскими писателями, а отец, Тимур Гайдар, имел звание контр-адмирала и занимал должность редактора военного отдела газеты Правда.

Получив элитное экономическое образование в МГУ, Егор Гайдар в начале 1980-х годов попал в круг молодых экономистов, которые были привлечены советской бюрократией к закулисной выработке механизма рыночных реформ. С осени 1984 года две группы экономистов — одна из Инженерно-экономического института в Ленинграде во главе с Анатолием Чубайсом, другая из московского Института системных исследований под руководством академика Станислава Шаталина, в которую входил Гайдар — были объединены в рамках работы государственной комиссии "по совершенствованию хозяйственного механизма".

Гайдар встретил "перестройку" в качестве кандидата экономических наук и сотрудника Института экономики и прогнозирования научно-технического прогресса АН СССР. В 1987 году он занял должность главы отдела экономики журнала Коммунист, ведущего официального органа ЦК КПСС, а в 1990 году возглавил отдел экономики газеты Правда.

В 1989 году в еженедельнике Московские новости Гайдар, выступая с официальных позиций, обосновывал мысль о том, что рыночные реформы не могут быть проведены без провоцирования массового недовольства и демократическими средствами.

"Идея... что сегодня можно выбросить из памяти семьдесят лет истории, попробовать переиграть сыгранную партию, обеспечить общественное согласие, передав средства производства в руки нуворишей теневой экономики, наиболее разворотливых начальников и международных корпораций, лишь демонстрирует силу утопических традиций в нашей стране", — писал он.

В это же время Гайдар разрабатывал планы проведения капиталистической реставрации в тесном сотрудничестве с Анатолием Чубайсом. Последний написал в 1990 году статью "Жестким курсом...", где ясно дал понять, что он и его единомышленники вполне ясно представляют себе последствия подготовлявшихся ими реформ.

"Ближайшими социальными последствиями ускоренной рыночной реформы", писал Чубайс, станут "общее снижение уровня жизни", "рост дифференциации цен и доходов населения" и "возникновение массовой безработицы".

Все это, предупреждал Чубайс, вызовет "сопротивление реформе широких масс", создаст "высокую вероятность экономических забастовок в базовых отраслях промышленности и политических забастовок в крупных городах", а также "может спровоцировать серьезные конфликты даже на национальной почве".

Чтобы удержать ситуацию под контролем, будет "неизбежно" проведение "антидемократических мер" — "запреты на забастовки, контроль над информацией и пр."

Заявления Чубайса показывают, насколько лицемерными и фальшивыми были разговоры о том, что начало рыночных реформ будет тождественно торжеству демократии в бывшем Советском Союзе.

Гайдар вполне разделял этот антидемократический взгляд, что нашло свое выражение в его воинственной поддержке ельцинского режима во время конфликта с парламентом в 1993 году. В тот момент президент отдал приказ подвергнуть бомбежке Белый дом (здание парламента) для того, чтобы сломить сопротивление оппозиции, усиленной растущим социальным недовольством "шоковой терапией". В результате обстрела парламента и сопутствующих уличных стычек погибло 187 человек, многие сотни были ранены.

Накануне этих событий Гайдар опубликовал в журнале ЭКО статью, защищавшую "шоковую терапию" и выражавшую полнейшее безразличие к страданиям массы людей. "Невежественные заявления, согласно которым 90 процентов нашего населения оказалось в бедности, не достойны доверия, — писал он. — Согласно вполне серьезные оценкам, в состоянии бедности находится 36-37 процентов нашего населения". Он признавал, что это "очень большое число", но настаивал на том, что едва ли можно что-то сделать для изменения ситуации.

Гайдар и все те, с кем он работал, несут ответственность не за "спасение" страны, а за развязывание классовой войны, которая уничтожила социально-экономические основы Советского Союза, которые, хотя и подверглись глубокому вырождению из-за власти бюрократии, все же юридически продолжали существовать.

Лев Троцкий и международная Левая оппозиция еще в начале 1930-х годов предупреждали советских рабочих об опасности капиталистической реставрации от рук партийной бюрократии. В то время Троцкий настаивал, что перерождение революции поставило у власти элиту, цель которой состоит не в продвижении социального равенства и интересов мирового пролетариата, а в паразитической эксплуатации национализированной собственности для обеспечения своего богатства и власти.

Дальнейшая судьба СССР, говорил Троцкий, будет зависеть от того, сумеет ли пролетариат вернуть себе власть, свергнув ярмо бюрократии в ходе новой политической революции. Рабочий класс, настаивал он, должен отвергнуть программу "социализма в одной стране" и весь образ мысли русского национализма. В противном случае бюрократия рано или поздно завершит свой контрреволюционный переворот, реставрировав капитализм.

Троцкий неутомимо работал над созданием нового революционного руководства рабочим классом, Четвертого Интернационала, который был бы в состоянии воспитать и мобилизовать советский и международный рабочий класс. При этом должно было укрепиться понимание, что судьба русской революции неразрывно связана со свержением капитализма в международном масштабе, прежде всего, в Европе и Америке.

В результате предательств сталинистской, социал-демократической и профсоюзной бюрократий революционные битвы рабочего класса были проиграны, а Советский Союз остался в изоляции, что облегчило сталинистскому режиму задачу своего удержания у власти. Историческая правота анализа Троцкого трагическим образом оказалась подтверждена через негативный сценарий.

В новый период капиталистического кризиса и неминуемых революционных битв анализ Троцкого и программные положения, которые были им развиты, образуют базовый фундамент для возрождения интернациональных социалистических традиций русского рабочего класса и завершения той мировой исторической трансформации, которая была начата Октябрьской революцией 1917 года.

Смотри также:
Горькое наследие Бориса Ельцина (1931-2007)
(27 апреля 2007 г.)
Умер Анатолий Собчак - один из лидеров капиталистических реформ в России
( 23 февраля 2000 г.)

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site